Плохо начавшийся день, редко заканчивается хорошо, и этот октябрьский вторник не стал исключением. Началось все с мелкой неприятности в виде испорченных брюк, когда какой-то водитель-магл на огромной скорости решил переехать лужу в том самом месте, где Драко, сочтя теплое осеннее утро поводом, чтобы добраться до работы пешком, а не через камин, собрался перейти дорогу.

Дальше - хуже.

Заболел напарник и, взяв недельный отпуск, теперь отлеживался под теплым одеялом, следовательно, дежурств у Драко прибавлялось; в обед вылил на себя чашку горячего кофе, а пока накладывал чары, очищающие и заживляющие, умудрился уничтожить пергамент с эпикризом больного, над которым трудился без малого несколько часов, поэтому вечер застал мистера Малфоя в весьма скверном настроении. А тут еще вызов из магловской клиники очень некстати... Помянув всех чертей и повесив на дверь кабинета табличку «на совещании», Драко ступил в камин.
Знакомая картина – спина доктора Ривы в дверном проеме. Он даже не счел нужным поприветствовать Малфоя, и настроение Драко упало еще ниже. Но на обиды времени нет, и колдомедик берет в руки историю болезни и, начав ее изучать, подходит к ярко-освещенному операционному столу.

Мерлин подери, опять молодая магла!

Красиво очерченное лицо с россыпью веснушек, из-за мертвенной бледности сейчас почти не заметных, впадающие в контраст с рыжими, как огонь, волосами темные ресницы, острый носик и тонкие губы. Взгляд Драко скользит дальше, на белую ткань простыни, что накрывало тело девушки, и натыкается на открытый прямоугольник, через который виден аккуратно сделанный разрез, закрепленный по краям хирургическими зажимами. Попытка извлечь пулю, застрявшей в верхней доле левого легкого, не привела к успеху - девушка умирала, и спасти ее теперь предстояло колдомедику.

Сделав глубокий вдох и выдох, Драко задерживает дыхание, пока перед глазами не начинают вспыхивать искры самых причудливых форм, потом с жадностью втягивает воздух, открывает сумку, что принес с собой, и при помощи заклинания призывает зелье, способное излечить такое ранение одной лишь каплей. Он уже занес флакон над раной... но передумал и опустил руку. Вид оголенных, кровоточащих мышц необъяснимым образом притягивал взгляд, рождая в Драко новое, не похожее на остальные, чувство, и которое он еще ни разу не испытал, осматривая раны других пациентов.

Поддавшись внезапному порыву, он обмакивает в зелье палец и нежно, почти любовно, начинает водить им по краям раны, закрыв глаза и явственно представив и сочащуюся кровью глубину, и пулю, что застряла внутри. Ему вдруг захотелось, чтобы кровь, сдерживаемая лишь стальными зажимами, вырвалась из этих оков и побежала дальше, вырисовывая по телу девушки витиеватые красные узоры...

Драко вздрогнул, испугавшись собственного желания, и отступил от стола.

Понадобилось несколько минут, чтобы унять в груди клокот, после чего он берет волшебную палочку и произносит заклинание: вместе зельем они сработали идеально - мягкие ткани вытолкнули на поверхность кусок свинца, и тот со звоном упал на кафельный пол. Малфой поднял его и долго рассматривал. Все же странные эти маглы и вещи они делают странные – как такой крошечный кусочек может лишить жизни... совершенство?

Драко снова смотрит на рыжеволосую незнакомку. Кто она? Что с ней случилось? Снедаемый любопытством, он убирает зажимы и приподнимает простыню - девушка под наркозом и не может помешать, - и его взгляд упирается в темно-синее, пропитанное кровью, вечернее платье (его не сняли - каждая секунда была на счету, - только разрезали, облегчая доступ к ране), скоромное, но открывающее неограниченный простор для фантазии. Боковой разрез сверкнул молочно-белым, заворожив Драко окончательно. Кожа красавицы теплая, нежная, упругая... пальцы скользят по ней, опускаясь все ниже и ниже, и вот уже вся ладонь путешествует по изящной женской ножке.

Простыня отброшена. Перед чародеем аккуратные, с алым лаком на ногтях, ступни, увы, холодные - Драко не нравится, - и ладонь возвращается назад... в тепло и к не зашитому разрезу на теле, который волнует мага гораздо сильнее, чем разреза на платье. Ужас от осознания этого комком застревает в горле, Драко сглатывает его и прикрывает веки, ненароком вызвав в памяти образ недавно покончившей с собой девушки, так неожиданно взбудоражившей его нутро...

Малфой резко открыл глаза, отогнав навязчивый призрак. На столе лежит другая, еще живая, магла. Драко не спешит зашивать разрез - это дело Ривы и его коллег. Вместо этого он наклоняется над девушкой, и с наслаждением, слухом и кожей, ощущает ее мерное и спокойное дыхании. И это потрясающе... мгновение между жизнью и смертью - девушка прекрасна в нем, и Драко влюбляется в нее.

Ему начинает казаться, будто он в ином, загробном, мире. Он видит девушку и видит Смерть, как она накрывает рыжеволосую красавицу своей черной, душной мантией, и та забывается беззаботным сном. Смерть не сводит с нее взгляда, словно говоря: «Она моя, она принадлежит мне по праву», но Драко, с его неуемной жаждой жизни, не отдаст, он знает. И Смерть понимает и отступает, позволяя ему забрать девушку с собой, в мир, где у той еще есть время. Драко берет ее на руки и несет сквозь мрачный осенний лес. Повсюду туман, словно октябрь, затянув
сигарету, выпустил дым из своих огромных, заполненных горечью, легких.

Глаза девушки закрыты, но Драко хочется увидеть их, узнать их цвет. Уста сомкнуты, но чародею кажется, что голос незнакомки низкий, призывный, ведь иного просто не может быть, когда женщина носит такие платья. Груди, прикрытые тонкой тканью, полные и округлые, манят, поднимая внутри мага сладостно-тягучую негу.
Платье, как и бюстгальтер - досадные препятствия, но взмах палочки и ненужные тряпки исчезают, а ладонь ложиться на упругий холм, сжимая его... и мир вокруг перестает существовать.

Драко проводит языком по соскам, медленно опускаясь к животу, но телу девушки все равно - оно остается равнодушной пустыней. Синий треугольник трусиков. Пальцы чувствуют рельеф кружева, отводя резинку вниз. Драко наплевать, если его обнаружат за столь постыдным занятием, он просто не способен сейчас здраво мыслить: только синий треугольник, чертов синий треугольник... и прежде чем его убрать, он закрывает глаза.

Тихо. Лишь редкий писк индикатора сердечной активности доноситься до слуха, но маг не обращает на него внимания, ведь его пальцы, за непроглядной темнотой опущенных век, уже ласкают девушку, медленно погружаясь в теплое и узкое нутро. Пальцы сменяются языком, что блуждает по розовым лепесткам, проникая внутрь как можно глубже, слизывая слегка проступившую влагу... Драко на грани, он больше не хочет терпеть. Одно движение и ремень расстегнут, а брюки опущены.

Он едва ли может дышать, погружаясь в женское лоно. Несмотря на все старания, оно сухо и не позволяет быстро двигаться, а Драко и не хочет, ведь перед глазами, словно тряпка перед быком, мелькают алые створки раны. Она заменяет и равнодушные мягкие сосцы, и высокую, с бархатной кожей, грудь...

Драко убыстряется, чувствую, как при каждом погружении по члену пробегает новая волна наслаждения, приближая оргазм. Еще немного... и протяжный стон слетает с губ, а семя наполняет пространство влагалища.
Он ненавидит себя, не понимает, не ведает, что происходит и что творится внутри него. Он не хочет принимать эти изменения.

Драко натягивает брюки и быстрыми, сбивчивыми заклинаниями приводит все в порядок, не желая оставлять свой след внутри девушки. Он старается не смотреть на нее, понимая, что это безумство может повториться... ибо момент прекрасен в своей крайней отвратительности.

Когда все готово, он призывает Риву, а сам уходит, аппарировав с громким хлопком.

* * *

Вернувшись домой, Драко спешит лечь в кровать, игнорируя просьбу жены вместе поужинать, но сон не торопится к нему, и как только он закрывает глаза, перед ним возникает лицо сегодняшней рыжеволосой незнакомки. И вот он вновь отводит вниз синий треугольник трусиков, входит и начинает двигаться... но вместо нее перед ним другая, покончившая с собой магла... и Драко вскакивает с застывшим криком на губах и бешеным сердцебиением в груди.

Широко раскрытые глаза смотрят в темноту, и два образа, сменяя друг друга, предстают перед ними снова и снова...